Балак на львовский вкус. Маленький формат.
Легионы учительниц украинского языка добросовестно внушают львовским деткам в головы, «как все должно называться и писаться правильно». Компьютерные программы по украинскому правописанию бесятся, по своему усмотрению исправляя словечки львовского говора. Но детки, если не дома, то на перекуре под школой или на самогонной дискотеке в Радехове, богатеют другими вербальными формулами и сами себе создают лингвистическую норму. Благодаря этому львовская гвара, хоть и недостаточно вписанная в формат, живее полтавской матрицы укрмови, и ничего ей хватает. Разве что у доверчивых детишек возникает вопрос, почему они вдруг должны верить книжке, а не верить бабке, и эту мармуляду величать джемом, фризиерку – парикмахершей, а дворец – железнодорожным вокзалом. И чего вдруг нельзя употреблять «курва горбатая» в присутствии мамочки, «как дедо всегда говорит». Такая вот языковая дискриминация. Правда, как их не зови, а вафли «Артек» в андруты не превращаются. Посему и живут в одном городе и фата с веленом, и батяр с гопником, и карменадли с отбивной. И даже фацет с братишкой.
Рабочая группа просит академических лингвистов и просто неравнодушных активистов языкового фронта простить ее за возможные извращения в нашей захватывающей книжечке. Ни один язык, тем более львовская гвара, не стоит на месте, сейчас беднеет и богатеет. Некоторые когда-то широкоупотребительные слова и значение слов канули в Полтву, некоторые наоборот – понемногу вылезают из бабкиных сундуков. Множество слов и идиоматических выражений пришлось обойти за неимением места.